Фильм «Великий Гэтсби»: Так счастливы вместе
В детстве у меня была книга-раскладушка со вздымающимися между страниц картонными моделями знаменитых кораблей – «Санта-Мария», «Катти Сарк», «Аврора».
«Великий Гэтсби» во многом напоминает такую pop-up book, которая при этом ещё и играет на все лады – в первой половине фильма Баз Лурман открывает разворот за разворотом, не давая отдышаться никому по обе стороны экрана. Один за одним раскладываются сверкающие дворцы, лохматые сады, тропических цветов интерьеры, пятидесяти оттенков серого рабочие кварталы – многоликий, истекающий деньгами и запретным бухлом Нью-Йорк.
Лурман снимает редко; «Ромео и Джульетта» вышли в 1996 году, «Мулен Руж» в 2001, «Австралия» - в 2008. И воздух в этих выдержанных несколько лет фильмах выходит всегда немного похожий – жаркий, плотный, мерцающий, звенящий. Двадцатые Лурмана – раздражают, возмущают, отталкивают, но оторваться от них решительно невозможно, даже когда от непрестанной карусели в кадре начинает мутить. Они дурацкие, они невыносимые, вульгарные и – обезоруживающие.
Тем более перехватывает дыхание, когда «Гэтсби» Лурмана начинает выворачивать на тропу семейной драмы. Этот «Гэтсби» в конце приходит не к приговору отчаянно свингующему поколению и не к порицанию пирующей на этом фоне криминальной прослойки, хотя в романе Фитцджеральда было подчеркнуто именно это. Бутлегеры у Лурмана показаны несколькими штрихами, а непотребные вечеринки «рычащих» двадцатых – такой же фон, как тонна белых цветов, купленных Гэтсби для свидания с Дэйзи. На первом плане тут – это люди и их тайны, глупости и трагедии. Как ДиКаприо хмурит и разглаживает лицо, как огромные глаза Маллиган наливаются слезами, как Тоби Магуайр прекрасен в роли наблюдателя – того человека, которому всегда немного неловко.
У «Гэтсби» цеплючий саундтрек – Лурман традиционно перекраивает популярный материал под собственные художественные нужды. Драматическая баллада покойной Эми Уайнхаус о любовном треугольнике Back To Black в версии Beyonce & Andre 3000 превращается в фарсовый отворот-поворот от мужского лица; а хиппи-хит 1967 года Happy Together в исполнении Filter – в пост-гранжевую прощальную пощечину. Флэпперы, танцующие под дабстеп, мафия и полиция, оттягивающиеся под хип-хопчик. Фокстрот, стрижка-паж, сигареты, огромные зажигалки, быстрые цветные тачки, бассейны и мартини. И разбитые сердца, конечно. И хоть трава не расти.
Резюме: радужное и печальное кино о том, куда приводят мечты, со старыми и новыми песнями о главном; определенно в списке лучшего за сезон.